Погода была...

Дневник Елены Долгопят, 2018 г.

Погода была...

Дневник Елены Долгопят, 2018 г.
Январь 2018
читать →
8 января 2018
Я разглядываю картинки. Восход Земли, снятый американским астронавтом с поверхности Луны. Снимки Земли со спутников.

Тропические леса. Пустыни. Города.

Без пояснительной надписи догадаться невозможно. Похоже на картины абстракционистов. Пятна. Геометрические узоры. Дух замирает, когда представляешь, с какой это увидено высоты. С нее человек неразличим.

Есть города, железные дороги, корабли, самолеты, автомобили. Люди отсутствуют. Мир без людей. Даже ими созданный. Разумеется, также не видны листья, трава, звери, птицы. Они - в этих цветных пятнах, синих, зеленых, коричневых, желтых, красных и прочих; растворены, слиты, неразличимы.

Что-то в этом есть странное. Удивительное. Неправдоподобное.
23 января 2018
Песня
(из книги "Простые вещи")
...солнце укрылось за серой, жемчужной пеленой, но на земле все-таки светло от листьев, и, хотя это грустный свет, уходящий, угасающий, видеть его я почитаю за счастье, которое нам дается совершенно задаром.

И было такое настроение, что ехать и ехать в этом вагоне, ни за чем и никогда не останавливаясь.

Дверь откатилась, в вагон вошел седой дядечка с аккордеоном, поглядел на всех нас и спел грустную лирическую песню военных лет. Получил свою милостыню у ушел. Аккордеон вздохнул напоследок.

Дядечка ушел, электричка ехала, листья светились, люди сидели тихо и спокойно. Как вдруг песня, которую пел дядечка, раздалась вновь. В том же его исполнении, под аккордеон. Люди поглядели друг на друга изумленно. Я подумала, что, наверно, кто-то эту песню записал и решил тут же прослушать на полной громкости.

Песня смолкла. Я села к окну поближе, чтобы видеть, как летит навстречу мне осенняя земля. Песня раздалась вновь.

– Кто хулиганит? – воскликнул сердитый женский голос.

Но все смотрели друг на друга растерянно, и непонятно было, кто же завел опять эти слова про войну, любовь и разлуку.

– Идиотизм, – сказала женщина. Подхватила свои сумки и ушла в другой вагон.

На пятом исполнении всё той же песни я осталась в вагоне совершенно одна.

Земля, третья планета солнечной системы, летела навстречу.
Февраль 2018
читать →
4 февраля 2018
Волшебный фонарь
15 февраля 2018, блог НМ
Память
Глядя в Черное зеркало,

я думаю, что в скором (пассажирском – ?) будущем полиция не понадобится.

Люди научатся считывать память стен, растений, камней, окон, воздуха, пыли.

Невозможно совершить преступление без свидетелей. Свидетель – комната, обрывок бумаги, катушка от ниток, старая, проржавевшая машина, монета на полу. Всё помнит и всё говорит. Тому, кто умеет слушать и понимать.

Люди научатся.

И, возможно, научатся с этим жить.
17 февраля 2018
Светочка всегда давала тебе место.
Рядом с ней всегда было место другому.
Мне.
Любому.
19 февраля 2018
Когда идешь и всё им говоришь, что видишь, им, у кого уже нет глаз и ушей, кто навечно уже нет, а ты пока еще, еще пару секунд, да. Видишь, слышишь снег тихий, идешь и рассказываешь, мысленно говоришь с ними: да, мои хорошие, я здесь, а вы там, вы нигде, а я здесь, я иду. Пропуск, здравствуйте, свет включаю, ставлю чайник – ритуал, автоматические действия, автоматическое письмо. Так легче, когда вы рядом, я чувствую щекой, затылком вижу, вы здесь, вас нет, вы здесь.
20 февраля 2018
Места для людей с неограниченными возможностями.
28 февраля 2018
«Твин Пикс». Владимир Кобрин.
Живое и мертвое
Владимир Кобрин. Что-то было средневековое, алхимическое в том, чего он добивался от движущейся картинки, наслаивая одну на другую, ускоряя, растворяя, разваливая. Он добивался поразительных эффектов в эру докомпьютерной графики.

Алхимический опыт по превращению, приращению, разъятию. Реальности? Бог его знает.

У него были ученики. Опять же – в средневековом смысле. Они служили ему, подражали. Он учил их думать, наверное.

читать дальше
Вернуться
Твин Пикс. Владимир Кобрин.
Живое и мертвое
Дата публикации: 28.02.2018
Владимир Кобрин. Что-то было средневековое, алхимическое в том, чего он добивался от движущейся картинки, наслаивая одну на другую, ускоряя, растворяя, разваливая. Он добивался поразительных эффектов в эру докомпьютерной графики.

Алхимический опыт по превращению, приращению, разъятию. Реальности? Бог его знает.

У него были ученики. Опять же – в средневековом смысле. Они служили ему, подражали. Он учил их думать, наверное.

Когда-то я смотрела его фильмы, читала о нем книгу. Давно. Так давно, что искажение становится главным эффектом моих воспоминаний. Пусть. Что-то в этом есть – Кобринское.

Он работал для научно-популярного кино. Его эксперименты давали простому человеческому глазу увидеть немыслимое. Какие-то эффекты с частицами, наверное. Время. Гравитацию. Живое и неживое. Он был, конечно, больше науч-попа. Науч-поп – ниша. Выход на экран.

Наверное, многие его находки, кружева, которые он плел, сейчас легко повторить с помощью какой-либо программы. Но это иллюзия. Его миры созданы из другой материи. Они эфемерны, но они вещественны. Ты почти веришь, что мир устроен так, как Кобрин его показывает. Разбирает и собирает. Что удивительно, собранное движется, хотя и не совсем плавно, толчками.

Я видела сериал «Твин Пикс» так же давно, как и фильмы Кобрина. Я решила пересмотреть «Твин Пикс», раз уж вышло продолжение. Поразило, что сериал оказался смешным и нестрашным. Куда ушел прежний мой страх? Что с ним случилось за четверть века? Это как «Вий», который пугал только в детстве.

Новый «Твин Пикс» другой. Смешной, о, да. Но и страшный. По-настоящему. И мне кажется, что этот новый страх не рассеется со временем.

Страх мертвого мира, симметричного; неподвижного, даже если он движется. Это движение – по кольцу, по замкнутому кругу. Оно никуда не ведет. Нет развития, нет перемен, нет воздуха. Это сама смерть, и глаза ее пусты.

Картинки мертвого мира цепляют внимание. Они мучительны. Кажется, что они никогда не отпустят, что ты – в их плену.

Картинки в новом «Твин Пиксе» как будто сняты Кобриным – в эру докомпьютерного кино. Мир Кобрина и мир «Твин Пикса» - что-то вроде дистанционного монтажа. Дистанция велика.

Живое и мертвое – попробуйте отделить одно от другого. Мертвое питается живым. Жрет до отвала, надеется ожить. Но чуда не происходит. Мертвое остается мертвым. Во всяком случае, в их мире.

Герой выбирается с того света, потому что сберег в себе живое. Живую душу.

Сказочно просто.
Май 2018
читать →
26 мая 2018
Если надпись «Ярославский вокзал» я читаю как «Богословский переулок», то как же я читаю романы?
[Остановка 17 трамвая "Улица Сергея Эйзенштейна", 28.04.2018]
30 мая 2018
Она может исполнить любое желание.

Люди записываются в очередь, ждут годами. Наконец получают приглашение. (Бланк на полупрозрачной бумаге, заполнен чернилами, заверен печатью, едва различимой.) Приходят в назначенный час. И, ослепленные то ли ее красотой, то ли ее безобразием, то ли ее заурядностью, то ли еще чем-то, забывают, о чем хотели просить.

Можно записаться вновь. Некоторые так и делают.
31 мая 2018
Мир Дикого Запада. Роботы без царя в голове.
Июнь 2018
читать →
9 июня 2018
В 2007 году (число и месяц не помню) мне позвонила Кира Георгиевна Муратова. Не домой, а на Мосфильм, где тогда располагался (расположился) Музей кино. Она прочитала в «Искусстве кино» (№ 8 за 2006 год) мой сценарий «Чаепитие после смерти» и захотела его поставить. (По всей видимости, она тогда выписывала журнал и получала номера по почте.) Она спросила, не против ли я. О да, я была не против, но сценарий уже ставил другой режиссер. Увы.

Я переживала, отправила ей мою книгу. Надеялась, вдруг Киру Георгиевну еще что-то заинтересует, если не в книге, то в «Искусстве кино» (там время от времени печатали мои тексты, спасибо Заре Абдуллаевой). Но нет.

Вот и вся история. Обо мне.
14 июня 2018, блог НМ
Честное слово
Более не нужен уголь и не нужен бензин, нет необходимости в атомных и в гидро- электростанциях. Солнечные батареи забыты. Сила ветра не используется для добычи электричества. Мы научились извлекать энергию из всего, в том числе, из мусора. Из брошенной пуговицы, из старой квитанции за отопление, из шнурков, скрепок, огрызков, мишуры, из чего угодно. Наша печь (назовем ее так, по старинке) может год освещать и отапливать огромный двенадцатимиллионный город типа Москвы. Для этого потребуется старая коробка из-под печенья. Да, коробки хватит с лихвой.

Машины ездят на объедках. Самолеты летят на честном слове - на клочке бумаги с надписью «честное слово». Разумеется, это всего лишь суеверие, самолет прекрасно долетит и на клочке бумаги без всякой надписи, и на обмылке он прекрасно долетит, проверено.

Однако не так давно британские ученые выяснили, что надпись все же имеет значение.

Поясним на доступном примере.

Стихотворение А.С. Пушкина «Осень», написанное (или напечатанное, неважно) на двойном тетрадном листе дает всё же больше энергии, чем стихотворение графомана на таком же листе. Ни шрифт, ни число знаков, но способ написания не имеют значения.

Открытие потрясло литературный мир.

Профессия критика отмирает, он может лишь толковать, более или менее остроумно, отчего «Осень» побеждает (простите за неловкий глагол) фрагмент из «Бедной Лизы», который в свою очередь и при любых условиях побеждает отрывок из «Королевы Марго». И никто, никто не может обойти ни один из абзацев «Скрипки Ротшильда». (Переводы тех же текстов оцениваются иначе.).

Молодые писатели с трепетом отдают свои творения на анализ.

Необъяснимо. Так восклицают исследователи.

Но более всего поражает, что никакое произведение никакого автора не в состоянии конкурировать с пустым листом бумаги. Это доказано несомненно. Но летчики по-прежнему пишут «честное слово» и летят на нем.
Июль 2018
читать →
9 июля 2018
Никто не ходит
17 июля 2018
Машинист объявляет: следующая станция Правда.
Мальчик спрашивает бабушку: здесь все правду говорят?
Я встреваю: сюда следователи привозят бандитов, чтобы сказали правду.
Если бы такое место существовало, никто бы там не жил.
Возили бы сюда бандитов?
Если только нужна правда.
Следователям было бы несладко. (Тоже ведь только правду могут сказать.)
Жених везет туда невесту,
Она всю правду говорит…
[Утро. 12.07.2018]
18 июля 2018
Княжна Марья Пьеру Безухову (встреча после всех бед):
«Вы пьете водку, граф?»
(Всё кажется вариацией ВиМ, любой роман о любой войне - ???)
Август 2018
читать →
14 августа 2018
На Северянине три платформы. На одной ждут поезда до Москвы. На другой ждут поезда от Москвы. А на третьей ждут редкие поезда. Они ходят быстро, промахивают станции, на Северянине останавливаются иногда. Если я успеваю к быстрому поезду в 14.30 от Москвы, то спускаюсь на третью платформу. В любое время года и в любую погоду она видится заброшенной, тихой, провинциальной. И кажется, что меня (я сижу на облупленной лавке) отделяет от второй платформы (на ней толпа) не три метра, а сто лет. Я различаю их лица, слышу голоса, но они от меня далеко.
[Пейзаж. 30.08.2018]
26 августа 2018
Существует ли то, что мы не помним. Разумеется. Я ничего не помню (и не могу помнить?) из жизни незнакомого мне человека. Но жизнь его существует. Или существовала. И забыта. Он и сам ее нетвердо помнил, а другие, даже близкие и родные, и подавно. Жизнь его забыта. Он жил сколько-то лет назад, исчез бесследно. Так была ли его жизнь? Есть чудесный старый фильм «Эта прекрасная жизнь». Герой хочет покончить собой. Более того, он бы хотел вообще не рождаться, хотел бы вычеркнуть себя напрочь (из будущего, из настоящего, из прошлого). Ангел показывает герою жизнь, в которой его нет и не было. И оказывается - о, чудо - жизнь без него пошла бы другим путем.

Все ли нити в ткани жизни необходимы? Или есть ли те, которыми можно пренебречь? (Любой их них?)

Если верить «Прекрасной жизни» или рассказу Брэдбери («И грянул гром»), все.

Зависит от точки зрения. От радиуса действия. В крохотной окрестности моей личной жизни важны, наверное, все. Существуют все, о ком я знаю (помню) и о ком не знаю (не помню).

Ну а с точки зрения вечности все и каждый не важны, не существуют. Погрешность, которой можно пренебречь.
28-30 августа 2018
Люся и Лена в Вене. Звезда
Сентябрь 2018
читать →
17 сентября 2018
В одном теле родились два человека. Один всё больше спал, а другой действовал: учился, работал, копал картошку, ездил с семьей в Турцию, болел за «Спартак».
Первый проснется и скажет: «Какой закат!». И долго смотрит. Пока закат не погаснет.
В другой раз проснется и скажет: «Ночь, огни. Хорошо. Тревожно». Поплачет.
Или вдруг проснется – часы идут. Вздохнет.
Или проснется – темно, ни звука. Попросит зажечь свет.
Второй ответит: «Всё уже, какой свет, финита».
«Всё? Совсем?»
«Насовсем».
«Как быстро».
17 сентября 2018
Можно? Позвольте?
Я вновь попытаюсь.
На этот раз пусть я стану мужчиной
Татарской национальности,
Носильщиком на Казанском вокзале.
Ученым уже была.
И матерью.
И милиционером, и вором.
Нет, нет и нет. Не желаю в другое время,
Ни в прошлое, ни в будущее.
Нет, спасибо,
Я не хочу к рыцарям. И летать со скоростью света не буду, пусть себе другие, а я здесь, на этом самом месте. С другой точки, новый ракурс.
20 сентября 2018
Осенью каждый тихий солнечный день кажется последним.
22 сентября 2018
90-е не в фокусе;
и, кажется, начало нулевых
28 сентября 2018
Лучом рассвета
(чужие письма)
Октябрь 2018
читать →
1 октября 2018
В семнадцать лет я зажила самостоятельной жизнью далеко от родителей (они в Усть-Каменогорске, я в Москве, на первом курсе МИИТа).

Такого шоколадного изобилия, как в Москве, ни в Усть-Каменогорске, ни в Муроме (моя родина), тогда, конечно, не было. У меня в кармане вечно хрустела серебряная шоколадная фольга. Я покупала пористую «Славу», брала «Гвардейский», «Особый», «Вдохновение». К зиме мои щеки округлились. Я пахла шоколадом. Я была вкусной.

Вскоре моя страсть улеглась. Я похудела, побледнела, выучилась курить и полюбила кофе.

(Как же давно всё это было.)
15 октября 2018
Последние
16 октября 2018
Олег Павлов. Карагандинские девятины.
Платонов, но Платонов наоборот, навыворот.
Не сотворение мира, не обретение смысла и духа; но разрушение, катастрофа, обнажение подвальной, тюремной, больничной, утробной, подземной, казематной, адовой, тесной, темной, мышиной жизни. Распад, разложение, тление.
Муки рождения - ? – (из утробы, траншеи, катакомбы, преисподней, из немоты – на волю - ?).
19 октября 2018
Владимир Всеволодович Забродин. Смешной, ехидный, умный, добрый, щедрый, великодушный, самый лучший. Не выпьем мы больше чай-кофе, не поговорим, не посмеемся, не встретимся, не созвонимся. Не понимаю я этого, как так, почему.
21 октября 2018
Когда в теплой уютной комнате наблюдаешь за сумрачным небом, за героем в черном плаще (он стоит на скале, сверкает молния, грохочет гром; поставлю на паузу, выпью чаю), это всё романтизм.

Когда стоишь на скале под грозой, и никто за тобой не наблюдает, и никто не увидит, как ты свалишь, и вопля твоего последнего никто не услышит, не расслышит, это уже экзистенциализм.

(Ерунду пишу, но пусть.)
25 октября 2018
Утро
26 октября 2018
Разговор в электричке:
- Мама ты меня любишь больше Бога?
- После поговорим.
Ноябрь 2018
читать →
10 ноября 2018
Фильм – это и есть тот свет. Мир теней.

Предметы и люди, чьи тени, мы видим на экране, не имеют ровно никакого значения, никакого смысла. Они не интересны, они не существуют. Там, на экране, их нет.

И сценарий (бумага, машинопись, авторская правка простым карандашом) не существует.

Лишь тени.
[На выставке в Музее кино. 09.11.2018]
[Восход. 30.10.2018]
15 ноября 2018
Условно ненужные - книга статей Елены Костюченко, публиковавшихся в Новой газете. Книга вышла в 2014 году. Условно ненужные - живущие на обочине. Лузеры, наркоманы, калеки. Оказаться на краю, а затем и в яме, из которой навряд ли выберешься, несложно. И это не всегда зависит от тебя. Не всегда следствие твоих ошибок, твоей лени, слабости, глупости. Шлак, отбросы, уроды, мразь, несчастные, не существующие, никто, призраки.

Читать тяжело, хочется забыть, развидеть, и, память милосердна, я, и в самом деле, забыла. Но не всё. Не обо всех. Осталась в сохранности, в неприкосновенности, история (ситуация), описанная во второй части книги. История про сапсан, птичку, летящую из Москвы в Петербург и обратно по железной дороге, по прямой линии, мимо городов, городков, поселков, деревень, домов, людей. Людей, оказавшихся на обочине, в яме, никак не по своей воле или вине. Птичка летит быстро, много раз на дню, она вытеснила медленные, убогие электрички, на которых жители обочины добирались в Тверь или в Москву, на работу, которой для них, на их обочине, нет. Скорая может стоять час, пропуская сапсан. Люди отрезаны, отброшены. Их никто не видит. Мимо них пролетают слишком быстро, не успевают рассмотреть. Они не существуют.

Это не художественный вымысел, это публицистика, протокол, документальный репортаж.

Если бы мне, уж не знаю по какой причине, пришло бы на ум сочинить историю про железную птичку и невидимых людей, я бы, наверное, придумала, как эти люди прекращают всяческие попытки диалога, связи, с большим быстрым миром и строят свой собственный, медленный, но верный. Цивилизацию без интернета, мобильной связи, скорых и сверхскорых поездов. Патриархальный мир на обломках цивилизации (флешка, найденная на путях, бесполезная, но красивая, украшение или фетиш, и то, и другое.)

Лекари, кузнецы, крестьяне. Долгие зимние вечера при свете лучины. Сказки про огненных птиц. Огненных и железных.
16 ноября 2018
Во время экскурсии в Музее кино
20 ноября 2018
Я вижу из окна двор. С 1987 года, тридцать лет. Конечно, я не тридцать лет стою у окна, я гляжу в него время от времени. Видела, как проносят открытый гроб под духовой оркестр (уже немыслимо), видела высокую траву, давно убитую машинами, видела за окном рябину (срубил сосед). Видела, как дети бросают мяч в желтую стену одноэтажного дома. В доме располагалась туристическая база, лыжники приходили туда зимой, и мне представлялось, что они пьют горячий чай и греются. Сейчас в этом доме магазин, территорию огородили металлической решеткой, за нее не пройдешь. Вход в магазин я не вижу. Вижу пристройку (и наблюдала, как ее возводят). Иногда пристройку сдают в аренду. Тогда в сумерках в маленьком оконце горит свет. В ограде отворяется калитка, появляется вывеска. Например: овощи и фрукты. Арендаторы долго не задерживаются, отчего-то покупатели в пристройку заходить не спешат.

Днем, в теплые дни, когда открыты форточка и балкон, я слышу детский гомон из детского сада. Детей я слышу, но не вижу за деревьями. Деревья растут вдоль детсадовского забора. Впрочем, недавно многие из них вырубили.

Я слышу гул Ярославского шоссе. Мне кажется, в прежние годы, я его не слышала. Было больше деревьев и меньше машин. Значительно, значительно меньше. В сильный ветер качаются высоченные березы. Однажды зимой я наблюдала, как вороны мотаются на самой верхотуре, на ветру, на тонких ветках. Я видела. Я все еще вижу.

В детстве настоящее мне казалось уже прошедшим, ветхим, отжившим. Как бы утратившим четкость. Почти исчезнувшим.

Сейчас это исчезнувшее, уже не существующее, все больше и больше набирает силу. Становится четким, заслоняет нынешнее время.

Как будто бы изменилась перспектива. И давнее, дальнее, стало большим, близким. И, во всяком случае, не менее реальным, чем сегодняшнее. Я вижу.
23 ноября 2018
Весь день как бы хрустальный Тютчева и неживого небосвода всегда смеющийся хрусталь Мандельштама. Хрустальный шар. Вид изнутри.

Не ты держишь его на ладони, не ты смотришь, как падает в нем снег и преломляется свет. Ты внутри, ты замкнут в хрустальной сфере.

Большой глаз смотрит на тебя, моргает. И некто ставит весь твой мир с его волками, автомобилями, прохожими, дворами, реками, речами, ночами, елками, вечерами, церквями, войнами на стол. Или на подоконник.

«Прозрачнее окна хрусталь.»
27 ноября 2018
На сегодняшней экскурсии я поняла, чем музей Мосфильма отличается от любого другого музея (в том числе, и от нашего Музея кино).

Музейный предмет вынут из жизни. Никто уже не станет пить из чашки Пушкина. Никто не напишет в этом блокноте. Никто не ответит на это письмо. Но с предметами музея Мосфильма всё не так, они не изъяты из текущей реальности. Конечно, на этом Форде никто не поедет на дачу за яблоками. Но в фильм его еще возьмут. Еще как возьмут. Мало ли где понадобится черный Форд тысяча девятьсот давнего года выпуска. И костюм могут приспособить для другого героя в другой истории. Разве что эскиз уже не пригодится. Другой фильм по нему не снимут.
За рулем Фердинанда из "Места встречи", Мосфильм, 28.11.2018
За рулем Фердинанда из "Места встречи", Мосфильм, 28.11.2018
Декабрь 2018
читать →
3 декабря 2018
Вчера. Так и надо писать, без даты. Тогда запись не сможет отодвигаться в прошлое. Откроешь страницу, прочтешь: вчера. Значит, так оно и есть, вчера. А прочтешь: 1 декабря 2018 года, - о, скажешь, давно как, уже лет пять прошло. Нет, больше. Давно. Я уж и не помню этого летчика-космонавта, который водки не пробовал. Не помню зимнего сквера, чуть в стороне от проспекта Мира; называется Звездный бульвар.

Я зашла в гастроном, крохотный, тесный, взяла бисквиты (я направлялась в гости) и эспрессо в картонном стаканчике. - Садись! - сказал мне улыбающийся летчик-космонавт. - Сяду, - я отвечала. И взгромоздилась на высокий стул. Спиной к стене. Передохнуть. Я шла в гости, но по делу. К незнакомому человеку. Я добиралась издалека. Слева от меня за высоким столом устроился парень, киргиз или таджик, а справа летчик-космонавт. О чем он мне и всему магазинчику объявил: - Я летчик-космонавт! - Хватит уже сидеть, шуметь, сколько можно, пьешь, работать мешаешь! Так примерно заворчали, закричали продавщицы. - Я пью? - изумился он. На столе перед ним - черная кока-кола в стеклянной бутылке с алой этикеткой. - Да я за всю жизнь водки и не пробовал. - Даже я пробовала, - сказала я. - А мне восемьдесят лет, и я не пробовал, - он, широко, и, пожалуй, светло, мне улыбнулся. - Хорошо выглядите. - Конечно! Я летчик-космонавт! Парень слева посмеивался. Летчик-космонавт с чудесной улыбкой был, несомненно, пьян. Я допила свой кофе и стала выглядывать урну, чтобы выбросить стаканчик. - Я выброшу, - вызвался парень. И забрал у меня стаканчик. Я вынула из рюкзака свою книгу и принялась надписывать. Для хозяйки квартиры, куда я шла в гости. - Пиши! - крикнул летчик-космонавт. Он диктовал мне что писать, но я не слушала и писала свое. Спрятала книгу, пожелала всем всего доброго и побежала по Звездному заснеженному бульвару к нужному мне дому. Я думала о Шпаликове, но об этом как-нибудь после.
6 декабря 2018
Приходишь рано утром в музей (за окном темно), здороваешься с фотографиями. Светик, привет. Привет, Владимир Всеволодович. Гладишь их по лицу (по стеклу). Понимаешь, что ближе никого уже не будет. Вздыхаешь. Кипятишь чайник. Завариваешь и пьешь понемногу, чтобы не обжечься.

Много они мне рассказывали историй из своей жизни, да не все я помню.

Расскажу, как Владимир Всеволодович Забродин решил поступать не на физика, а на киноведа. Всё, конечно, перевру; но не нарочно, он и сам каждый раз рассказывал по-новому, а я рот разевала и не спешила записать.

Был у Владимира Всеволодовича старший друг. Физик. Но лирик. Он и провел только что окончившего школу В.В. во ВГИК на вечерний просмотр фильма итальянского режиссера Антониони.

Пришли загодя. В зале еще никого не было. И у дверей никто пока не сторожил. Прежде всего друг велел сходить В.В. в туалет. Затем он провел его в пустой зал и велел спрятаться и сидеть тихо до самого сеанса. В.В. лег на сиденья, так что заглядывавшие в зал люди его не видели за спинками сидений. Лежал, ждал. А когда повалили студенты, сел.

Зал заполнился. Сеанс начался.

И дальше начинается для меня самое трудное. Но постараюсь справиться.

Поначалу всё в фильме видится размыто, не в фокусе. Студенты начинают возмущаться. Что-то даже выкрикивают киномеханику. Идиоты, - думает В.В. И смотрит дальше. Резкость становится нормальной, студенты успокаиваются.

Появляется Моника Витти. В один из моментов ее лицо занимает весь экран. Кадр длится. Студентам кажется, что это вновь неполадки у киномеханика. Они свистят. Идиоты, - думает В.В.

Я так и вижу его юное лицо в зале, лицо, освещенное потусторонним экранным светом.

В.В. досмотрел фильм в полном беспамятстве, никак уже не реагируя на возгласы искушенных в кино студентов.

Вот и вся история.

(Фильм я не пересматривала, судить о нем по моему пересказу пересказа не стоит.)
11 декабря 2018
Девочка и фильм
Во всем прочем она ничем не удивляла. Ни внешностью (рост средний, волосы русые, челка до бровей), ни способностями (долбила на пианино в музыкалке, получала твердые четверки в средней школе). В шестом классе завела дневник, списывала в него слова популярных песен, влюбилась в одноклассника Славу, на дискотеке пригласила его на белый танец. Девочка и девочка. По имени Оля.

В 1979 году, в ноябре месяце, вышел на телеэкраны пятисерийный фильм «Место встречи изменить нельзя». Оля смотрела его вместе с родителями. Она с мамой на диване, отец в кресле. После фильма отец уходил курить на балкон, мать ставила чайник, а Оля оставалась перед телевизором и не всегда слышала, как мать зовет:

- Чай пить будете?

читать дальше
Вернуться
Девочка и фильм
Дата публикации: 11.12.2018
Во всем прочем она ничем не удивляла. Ни внешностью (рост средний, волосы русые, челка до бровей), ни способностями (долбила на пианино в музыкалке, получала твердые четверки в средней школе). В шестом классе завела дневник, списывала в него слова популярных песен, влюбилась в одноклассника Славу, на дискотеке пригласила его на белый танец. Девочка и девочка. По имени Оля.

В 1979 году, в ноябре месяце, вышел на телеэкраны пятисерийный фильм «Место встречи изменить нельзя». Оля смотрела его вместе с родителями. Она с мамой на диване, отец в кресле. После фильма отец уходил курить на балкон, мать ставила чайник, а Оля оставалась перед телевизором и не всегда слышала, как мать зовет:

- Чай пить будете?

Надо сказать, в тот, первый, раз все смотрели фильм завороженно. Детектив, характеры, саспенс. Неоднозначный главный герой. Граница между добром и злом дана тоньше, чем обычно, чем привычно.

«В Сокольники он рвется, гад». Никто до них не слышал этой фразы. Они были первые. Первые зрители.

Все были увлечены. В милицейских сводках отмечали, что преступники откладывали свои преступные дела.

Удивительно, что и во время повторных показов Оля смотрела серию за серией с тем же первоначальным интересом. Она по-прежнему сосредотачивалась на зрелище. Не слышала окликов. Не чувствовала прикосновений. Наклонялась к экрану и пристально, неотступно смотрела.

- Ума не приложу. – говорил отец с некоторым даже раздражением. – Всё уже известно, что будет, ничего нового не случится, чего уж так упираться.

Оля молчала или говорила:

- Не знаю.

- Ты, наверное, в него влюбилась, - посмеивалась мать. Имея в виду то ли Глеба Жеглова, то ли сыгравшего его актера Владимира Высоцкого.

- Нет, - отвечала Оля, - не влюбилась.

Она не интересовалась другими ролями актера, и песни его не слушала. Ей не хотелось знать, как снимался фильм, существовала ли и в самом деле банда «Черная кошка», и точно ли так жили люди в послевоенном тысяча девятьсот сорок пятом году.

«Наговариваете вы на нашу семью, Глеб Егорыч». Всё известно, каждое слово, каждая вспышка света. И тем не менее, до сих пор Оля (мать двоих детей, бабушка трех внуков, пенсионерка, толстуха и добрая душа), до сих пор она смотрит «Место встречи». Наткнется, переключая каналы, и смотрит. Телефон звенит, она не шелохнется.

Ни она сама и никто другой не знают, чем так притягивает ее эта заезженная картина. Все только удивляются.

«Куда ушел ваш китайчонок Ли?»

Небольшой экран. Тени.
18 декабря 2018
Белиберда:
Погода
Погода была
Погода была холодной
Погода была холодной или
Или едва теплой
Или мне так казалось
Или погоды нет
Ветер
Ветер туман
Ветер туман мороз
Вертер сидит у печки
Вертер сидит у печки. Он
Он
Написан.
В печке горит огонь. Погода
Погода была
19 декабря 2018
«Самодержец пустыни» Леонида Юзефовича, издание 1993 года; не помню, кто купил, я или папа. За одно название можно влюбиться в книгу. Пустыня это и пустота, так? Самодержец пустоты? Невозможно не открыть, невозможно не прочесть.
Никогда (как мне кажется) Леонид Юзефович не придумывает своих героев (даже вымышленных), никогда не делает вид, что знает о них всё. Они отчасти миражи. К ним невозможно приблизиться вплотную. (Они рассеются.) Но все они обладают внутренним миром. Тебе (читателю) нет в него хода. Нужно соблюдать дистанцию.

Всё это мне следовало написать вчера, в день рождения Леонида Юзефовича.

Я горжусь знакомством с ним. Пусть он будет счастлив.
23 декабря 2018
Случается наблюдать за руками. В электричке. Запоминаешь не лицо, а руки. Лица и не видишь. Пальцы кажутся одушевлёнными.

1. Указательный приподнят над экраном, освещен. Касается экрана, касается бережно. Он удивлен и робок.

2. Указательный, средний, безымянный и мизинец неподвижны, на них покоится смартфон. Над его экраном завис большой палец, круглый, тяжелый; неуклюжий, но осторожный. Хотел было опуститься, да не решился. Двинулся и замер.

3. Лежат на сумке, толстяки, не шевелятся. Толстяки-коротышки. Мизинец всех меньше, жмется к безымянному, а на безымянном кольцо.

(Была бы режиссером, сняла бы фильм минут на пять, только бы руки в нем показывала, пальцы: как они живут, двигаются: всегда в согласии, чутко; трогают, ухватывают, перебирают, гладят, покоятся, держат, мнут, стучат, рвут.)
25 декабря 2018
Из давнего:
Пишу: сидела я на лавке в бабушкином саду.

И много мне ещё надо объяснить даже понимающим русский язык людям, чтобы донести смысл, чтобы точно увидел читатель ту серую лавку с трещиной и ржавой шляпкой косо вбитого гвоздя. Яблоню «золотая китайка» с обвязанным веревкой стволом. Белый пододеяльник, хлопнувший на ветру. Идущую в траве кошку.

У каждого свой язык, свои значения одинаково звучащих слов.

И слово «лавка» в моём языке значит (содержит, несёт) не только ту - серую с трещиной. Были и другие лавки в моей жизни, в других садах.

Каждый пишущий создает свой словарь, и все слова в нём, как у древних индейцев, длинные: женщина-родившая-шестерых-близнецов-в-самом-жарком-мае-когда-рыбы-выходили-из-моря-на-берег.

В конце концов любой текст, включая роман в шести частях с эпилогом, не более, чем длинное индейское слово из словаря автора.
26 декабря 2018
Из давнего:

В детективе время течет в обратном направлении, от следствия к причине. Вернее, к причинам.

Течение затруднено. Это как идти вверх по зеркальной стене. Собственное отражение путает, иногда - пугает. Как в фантастическом романе шестидесятых годов, возможна встреча с самим собой прошлым. И несомненно: это путешествие в прошлое изменит настоящее и - соответственно - будущее.

Время вывихнуто, не так ли? (Или свихнулось.)

В детективе его поправят и запустят вновь, и оно покатит ровно и мерно. Только в детективе это и возможно. В настоящем детективе.
30 декабря 2018
Когда-то записанный мною сон Забродина:

Во сне Владимир Всеволодович идет с какой-то женщиной в театр. Во всяком случае, таково его намерение.

Ночная красавица соткана из двух дневных: голос от продавщицы из булочной (Владимир Всеволодович обычно говорит ей: «Я готов все купить, что вы скажете»), внешность – простушки из «Холодного лета».

Итак, они идут в театр. Вдруг останавливаются.

- Зачем нам идти в театр? - спрашивает женщина. – Пойдемте к кому-нибудь.

- К кому?

- К вам.

И они тут же оказываются дома у Владимира Всеволодовича.

Шампанское в двух бокалах. Владимир Всеволодович пугается, - вдруг женщина хочет его отравить? - и меняет бокалы.

- Нет, выпейте из этого.

Они уже в метро. Подходит поезд. Она садится. Он медлит. До того, что двери закрываются, и поезд трогается.

Она изумленно смотрит на него из-за стекла. Он – счастлив.
На ВДНХ есть павильон ОГНЕВОДСТВО.
Учат добывать огонь из сухого морозного воздуха.
Учат добывать огонь из воды. Учат добывать огонь из беды.
Говорят, есть способные ученики.
30.05.2018
На ВДНХ есть павильон ОГНЕВОДСТВО.
Учат добывать огонь из сухого морозного воздуха.
Учат добывать огонь из воды.
Учат добывать огонь из беды.
Говорят, есть способные ученики.
30.05.2018